«Это ваш рецепт, Лариса» — спокойно произнесла Мария, показав страницу 47 тетради

Больно и трогательно, семейная правда.

Лариса подцепила вилкой кусочек курицы, внимательно осмотрела его, а затем отложила прибор. Её взгляд будто просвечивал содержимое тарелки насквозь.

— Я старалась, — прошептала я, ощущая, как лицо заливает жар.

— Одного старания мало, Мария, — Лариса постучала ногтем по краю тарелки. — Мясо мягкое, кислит и совсем без изюминки. Ты уверена, что вообще умеешь готовить?

Роман закашлялся и спрятался за салфеткой. Его взгляд метался от меня к матери и обратно на еду. Как обычно, он предпочёл не вмешиваться.

— Мама, давай попробуем что-то другое, — он придвинул к ней блюдо с мясным рулетом. — Мария действительно вложила много сил.

— Вот именно — старалась… — скривилась свекровь. — Но результата никакого.

Это был наш первый семейный ужин в новой квартире. Я хотела произвести впечатление на Ларису: накрыла стол с особой тщательностью, достала праздничную посуду и заказала цветы для уюта. Свекровь вошла сдержанно, окинула комнату цепким взглядом и протянула коробку.

— Пирог принесла. Чтобы не остаться голодными.

Тогда я не обратила внимания на подтекст её слов. Расставляла блюда по местам, нервно поправляя салфетки и проверяя сервировку. Особенно гордилась салатом с курицей, яблоками, сыром и орехами — долго экспериментировала с пропорциями соуса для идеального баланса вкуса.

— Посмотрим хоть одно съедобное ли тут есть… — заметила Лариса с сомнением в голосе, усаживаясь за стол и оценивая мои старания критическим взглядом.

Но когда она признала салат неудачным, у меня перехватило горло от обиды. Хотелось провалиться сквозь землю или хотя бы сбежать на кухню подальше от чужих глаз и собственных слёз.

— Видишь ли, Мария… — продолжила свекровь назидательно, отодвигая тарелку в сторону. — Готовка — это искусство. Я всю жизнь у плиты стояла: тридцать лет в столовой проработала! До сих пор весь район вспоминает мои котлеты.

Роман положил свою ладонь поверх моей и слегка сжал пальцы в знак поддержки. Он никогда не спорил с матерью вслух: только потом шептал мне тихо «Не бери близко к сердцу… У неё просто такой характер».

— Вот если бы ты немного подсолила… — добавила Лариса после того как наконец попробовала рулет из мяса. — Вроде бы ничего так… но вкус какой-то блеклый. Сколько специй добавляла?

Весь ужин прошёл в таком же ключе: каждое блюдо подвергалось придирчивому разбору и ни одно не удостоилось одобрения хозяйки вечера.

Продолжение статьи

Медмафия