Последний платёж прошёл в 10:15 утра. Я смотрела на экран телефона, где зелёными буквами горела надпись «Кредит полностью погашен», и ощущала, как с моих плеч словно срывается бетонная глыба весом в полтора миллиона гривен. Три года. Тридцать шесть месяцев я существовала в режиме строгой экономии: ни одной лишней траты, всё по плану. Я ходила в одном и том же пуховике, зашивала колготки, забыла вкус хорошего кофе и бралась за подработки по выходным — пока мой муж Владислав продолжал поиски «достойной его уровня» работы и перебивался случайными заработками.
Машину — блестящий новый кроссовер — мы покупали для него. «Мне нужен статус, — говорил он тогда. — С приличным автомобилем проще устроиться и перед партнёрами не стыдно». Ослеплённая чувствами и верой в его способности, я согласилась. Оформили авто на его имя — «для самооценки», как он выразился. А платить пришлось мне. Каждый месяц я переводила внушительную сумму со своей зарплаты, стиснув зубы и утешая себя мыслью: это инвестиция в наше общее будущее.
В тот вечер я накрыла праздничный стол. Купила бутылку дорогого вина (впервые за все эти годы!), запекла его любимую утку. Я надеялась, что мы вместе отметим этот важный момент: он обнимет меня, скажет тёплые слова благодарности — мол, ты у меня золото! И вот теперь начнётся настоящая жизнь.
Владислав вернулся домой в приподнятом настроении. Он чмокнул меня в щёку, уселся за стол и сразу потер руки от предвкушения.
— Вот это да! Настоящий пир! Очень кстати… У меня тоже хорошие новости!
— Кредит закрыт! — радостно поделилась я, разливая бокалы вином. — Сегодня внесла последний платёж! Теперь машина полностью наша — больше никому ничего не должны!
— Ага-ага, видел уведомление, — отмахнулся он небрежно, будто речь шла о какой-то мелочи вроде покупки булки хлеба. — Молодец! Всё чётко сделала… И вовремя как раз: Злата сегодня права получила!
Злата — его младшая сестра. Двадцатилетняя барышня, привыкшая получать всё на блюдце с голубой каёмочкой благодаря маме и заботливому старшему брату.
— Поздравляю Злату… — пробормотала я немного озадаченно. — Но какое это имеет отношение к нашей машине?
Владислав отрезал кусок утки и после того как прожевал его с удовольствием, произнёс то, от чего у меня внутри всё оборвалось.
— Ну а как же иначе? Я собираюсь отдать машину сестре. Ей ведь нужно где-то практиковаться после получения прав! Не маршруткой же ей трястись? Она ведь девушка эффектная…
Я поставила бокал на стол, и вино выплеснулось через край, оставив алое пятно на безупречно белой скатерти.