— Ты что, совсем разум потеряла?
Ни приветствия, ни попытки смягчить тон — фраза прозвучала резко, будто пощёчина. Сразу, без разгона.
Оксана стояла у холодильника, раскладывая покупки. Обычный вечер пятницы: после работы заскочила в супермаркет, набрала продукты на пару дней вперёд, теперь методично расставляла всё по полкам. Мысли крутились вокруг списка дел на выходные, руки были заняты пакетами — и вдруг этот выпад.
Тарас появился на кухне с телефоном в ладони. По выражению его лица Оксана мгновенно поняла: источник бури — не он. Звонила Светлана. А если в игру вступала его мать, значит, в эпицентре автоматически оказывалась и она.
— Мама звонила, — сухо произнёс он, бросая смартфон на стол. — Завтра ей нужно в поликлинику, потом в МФЦ, ещё по документам куда-то. У тебя же машина — отвези её.
Оксана аккуратно поставила пакет с йогуртами на полку и медленно повернулась.
— Завтра вообще-то суббота.
— И?
— У меня есть свои дела.
Он посмотрел так, словно она произнесла что-то абсурдное. Слово «дела» явно не вписывалось в его картину мира. Особенно если речь шла о субботе. И особенно если мама должна была стоять в очередях.
— Какие ещё дела, Оксан? — в его голосе скользнуло привычное снисхождение, замаскированное под удивление. — Ты же никуда не собиралась.
И вот в этот момент внутри неё что-то щёлкнуло. Не громко, без истерики — просто встало на место.
— Я не обязана быть личным водителем твоей мамы.
Он будто окаменел.
Тишина повисла плотная, ощутимая. Холодильник гудел ровным фоном, с улицы донёсся протяжный сигнал автомобиля. Оксана не отвела глаз. Её собственный голос удивил её — спокойный, без дрожи, без надрыва. Просто констатация.
— Повтори.
— Ты всё прекрасно слышал.
После этого началась его привычная партия.
За восемь лет брака Оксана хорошо выучила этот стиль. Тарас не устраивал скандалов, не повышал голос. Он уходил в ледяную тишину, демонстрируя оскорблённую добродетель. Мол, его предали, и он выше крика.
Он вышел в гостиную, включил телевизор и уставился в экран, будто происходящее там было важнее всего.
Оксана закончила с покупками. Налила воду в чайник, нарезала хлеб. Движения были автоматическими, почти механическими, тогда как мысли кружили совсем о другом.
О Светлане.
Свекрови было пятьдесят восемь. Энергичная, собранная, с внимательным взглядом тёмных глаз и поразительной уверенностью в собственной правоте. Она никогда не позволяла себе грубости напрямую — слишком примитивно. Её оружием были интонации, паузы, невинные фразы с двойным дном и звонки в самые неудобные моменты.
«Оксаночка, ты всё время занята», — говорила она ласково, но слово «занята» звучало так, словно означало «чересчур важная» или даже «черствая».
Тарас слушал мать внимательно. И, конечно, доверял ей. Потому что мама — вне конкуренции.
Оксана сделала глоток чая и посмотрела в тёмное стекло окна.
Она работала менеджером в логистической компании. Полная занятость, регулярные переработки. Автомобиль — небольшой хэтчбек — она приобрела сама, на собственные сбережения, три года назад. Однако именно этот факт неожиданно превратил её машину в семейное такси для Светланы.
Сначала просьбы казались редкими. Потом стали регулярными.
«Оксан, отвези маму на рынок».
«Оксан, у неё врач на другом конце города».
«Оксан, ей тяжело нести пакеты».
Раз, другой, третий — и вот уже система. Она соглашалась. Из вежливости. Из чувства долга. Потому что семья. Потому что вроде бы несложно.
Но именно сегодня внутри что-то окончательно сдвинулось.
Утром Тарас молчал. Сидел за столом с чашкой кофе, прокручивал ленту в телефоне, подчёркнуто игнорируя её присутствие. Будто в квартире был только он.
Оксана спокойно оделась, взяла сумку.
— Я уехала, — произнесла она в сторону.
Ответа не последовало.
Во дворе она открыла машину, села за руль и несколько секунд просто сидела, не заводя двигатель. Город уже проснулся: маршрутки, велосипеды, люди с бумажными стаканами кофе. Апрель был ярким, почти вызывающим — солнце слепило, небо без единого облака.
Она направилась в центр.
Там находился небольшой коворкинг, куда она иногда выбиралась по выходным — сменить обстановку, поработать в тишине вне дома. Оксана заняла столик у окна, открыла ноутбук, заказала капучино. Попыталась углубиться в отчёт, но мысли возвращались к утреннему разговору.
Телефон завибрировал. На экране высветился незнакомый номер.
— Оксаночка? — голос был мягким, почти медовым. Светлана. — Ты где сейчас, дорогая? Тарас сказал, что ты сегодня свободна…
Оксана на мгновение прикрыла глаза.
— Светлана Степановна, у меня рабочие задачи.
— Но ведь суббота…
— Для меня это не всегда выходной. Я сегодня не смогу.
Повисла пауза. Затем тихое, едва слышное:
— Понятно…
Соединение оборвалось.
Оксана положила телефон рядом с ноутбуком и уставилась на мигающий курсор. За окном со звоном прошёл трамвай, маленькая девочка на тротуаре тянула мать к витрине с игрушками.
Она была уверена: сейчас позвонит Тарас. Скажет про эгоизм. Про то, что мама одна. Про то, что это ведь «не так уж трудно».
Но звонка не последовало.
Вместо него пришло сообщение. И отправителем был совсем не он.