Потом у меня начались боли в животе, и врач посоветовала заменить лекарство — срок был критическим, ведь именно на этом этапе у меня раньше случались потери беременности.
— У вас было два выкидыша? — уточнила врач. — Первый раз я вас осматривала, потом Александра?
— Да. А что не так?
Доктор развернулась на стуле и внимательно посмотрела Лилии в лицо.
— По моим наблюдениям, ваш лечащий врач назначила средство, которое может спровоцировать отслойку. Боль и кровотечение — это последствия действия этого препарата.
Лилия недоверчиво покачала головой:
— Что вы говорите?
— Вы принимали это средство?
Врач вывела изображение на экран и показала его Лилии. У девушки сжалось сердце: действительно, двенадцать часов назад она проглотила именно эту таблетку. Александра уверяла, что в ней содержится высокая доза гормона, необходимого для поддержания беременности, которого якобы катастрофически не хватало в организме Лилии.
— Да… — кивнула она. — Этот препарат вызывает выкидыш?
— К сожалению, да, — подтвердила врач. — Но мне непонятно, зачем вам его прописали. Сколько доз нужно было принять?
— Две… Я успела выпить только одну…
— Сейчас мы оформим вас на госпитализацию для сохранения беременности. А с Александрой я поговорю отдельно. Вам же советую найти другого специалиста.
— Я доверяю Александре! Она хотела помочь! Объясняла всё про гормоны подробно… Я сдавала анализы крови и видела результаты!
— Послушайте меня внимательно, Лилия Андреевна… — доктор устало закатила глаза. — Вы хотите сохранить беременность? Хотите родить ребенка?
— Конечно хочу! — поспешно закивала Лилия.
— Тогда следуйте моим рекомендациям. Александра уже сказала вам всё своё.
Лилия прошла оформление в приёмном отделении и разместилась в палате на троих будущих мамочек. Её не отпускали слова врача о том, что именно назначения Александры могли привести к угрозе прерывания беременности. Почему она так поступила? Неужели допустила ошибку? Девушка пыталась успокоиться, но навязчивая мысль не давала ей покоя: что-то важное ускользало от неё.
Соседки по палате пытались разговорить её: предлагали фрукты или халатик из своих запасов, но Лилия словно не слышала их слов. И только когда её пригласили на капельницу, до неё вдруг дошло: во время прошлой беременности под наблюдением той же Александры она принимала аналогичный препарат… Только тогда выпила обе таблетки сразу. Тогда тоже всё закончилось трагично… Она безоговорочно следовала указаниям врача, веря обещаниям о здоровом малыше.
После процедуры Лилия набрала номер мужа:
— Меня положили в больницу… На сохранение… Можешь привезти мне вещи?
Святослав тут же запаниковал: начал расспрашивать о самочувствии и давать советы один нелепее другого — это только раздражало Лилию ещё больше.
— Ты связывалась с Александрой? – этот вопрос стал последней каплей: девушка оборвала звонок и написала мужу сообщение с просьбой оставить вещи на проходной. Видеться ни с ним, ни со своим врачом она больше не хотела.
Утром следующего дня сама Александра позвонила ей:
— Дорогая моя! Как же так вышло? Стоило мне уехать за город всего на пару дней – и вот такое…
Лилия уже собиралась сказать ей, что всё хорошо обошлось… Но передумала. Пусть думает иначе – ведь именно к этому результату могли привести её назначения. Сейчас важно было сохранить беременность любой ценой; выяснять причины поступков врача можно будет позже – если вообще захочется возвращаться к этому вопросу.
На следующий день стало ясно: состояние стабилизировалось; тревога отступила вместе с болью – теперь девушка чувствовала себя под защитой новых специалистов и даже старалась не думать об ошибках прошлого врача. Правда, по больнице поползли слухи о том, что завтра Александра должна выйти на работу…
— Вам стоит поговорить со своим лечащим врачом лично… — посоветовала та самая доктор из приёмного отделения спустя два дня после госпитализации. — Мне по-прежнему непонятно одно: как могло случиться так, что специалист ведёт такую сложную беременность… а потом вдруг назначает препарат для её прерывания?..