А потом… после той сделки… В общем, она потеряла ребёнка на позднем сроке. Можешь себе представить такое?
Марьяна кивнула автоматически, хотя в действительности даже представить этого не могла — и не желала.
– У Остапа есть сын. Я решила отомстить ему через него. Всё продумала до мелочей: якобы случайно познакомилась с Арсеном, хотя заранее собрала о нём всю возможную информацию. Завоевать его доверие оказалось проще простого! А потом я начала методично разрушать его бизнес. Тут уже пришлось подключить специалистов — в этом я ничего не понимаю. В итоге Арсен оказался почти у черты банкротства, а у нас летом свадьба намечается — представляешь?
По спине Марьяны пробежал холодок: именно об этом она сегодня размышляла.
– Конечно же, он обратился за поддержкой к отцу. И тут я тоже приложила руку — подогрела напряжение между ними. А ещё всем знакомым рассказывала о своей якобы панической боязни уколов: в больнице падала в обморок при одном их виде. Хотя на самом деле уколов я не боюсь — мама ещё в детстве научила меня их делать. Потом всё пошло по плану: напоила Арсена… Хотела ввести его отцу препарат и перед этим рассказала ему, будто сын убил его в состоянии аффекта. Как тебе такая месть?
Марьяне ужасно хотелось взглянуть на телефон: где же Мирослав? Когда он уже приедет?
– Я всё просчитала до деталей… кроме одного, – с горечью проговорила Роксолана. – Не учла только того, что сама влюблюсь.
– В кого? – удивлённо переспросила Марьяна.
– В Арсена… – тяжело вздохнула Роксолана. – Рассказываю Остапу всё это и сама рыдаю навзрыд… В итоге выдернула иглу — так и не смогла ничего сделать. Он лежал парализованный… Я разве не говорила? Так вот… Я ничего ему не ввела, а он вдруг начал хрипеть… Я бросилась его спасать! И вызвала скорую — надеялась до последнего, что очнётся… Но напрасно.
– Теперь вас полиция ищет? – тихо спросила Марьяна, одновременно думая о том, как бы незаметно проверить телефон.
Из глаз Роксоланы покатились крупные слёзы — словно сцены из драматического фильма.
– Я ведь никому зла причинять не хотела! Просто хотела выполнить обещание маме… Понимаешь? А потом полюбила… Всё получилось глупо и нелепо… И теперь я совсем растеряна: если признаюсь — Арсен меня возненавидит и посадят надолго… А если промолчу… Он ведь считает себя виновным — думает, что действовал под влиянием шока… Может быть даже повезёт: получит условный срок… Он ведь сам делал отцу уколы для спины…
Марьяне следовало бы немедленно сообщить обо всём Мирославу — она уже представляла себе его реакцию: смесь потрясения и восторга от раскрытия тайны… Но почему-то ей стало жалко эту девушку. Да, та совершила ужасную ошибку и запуталась… Но кто знает, как бы поступила сама Марьяна на её месте? Если бы узнала однажды, что её мать предали? Или если бы полюбила того самого врага?..