– Спасибо. Ты тоже изменился.
Воцарилось неловкое молчание. Мимо проходили люди с тележками, из динамиков доносилась громкая музыка.
– Может… кофе выпьем? – неожиданно предложил Тарас. – Тут рядом кафе открылось, уютное.
Ульяна на секунду задумалась. В памяти всплыл вчерашний разговор с психологом на занятиях по личностному росту: «Прошлое не стоит прятать — его нужно принять и отпустить».
– Давай. Только корзинку сначала отнесу.
Внутри кафе было почти пусто — всё-таки утро. Они выбрали столик у окна. Тарас долго крутил в руках меню, потом заказал два капучино и пирожные.
– Помнишь, как мы раньше по выходным в кондитерскую выбирались? – спросил он, глядя куда-то мимо Ульяны.
– Конечно помню. Только это было очень давно.
Снова повисла тишина. Официантка принесла кофе — ароматный, с лёгким запахом корицы.
– Я тут… стал ходить на курсы, – вдруг сказал Тарас. – К психологу хожу теперь.
Ульяна удивлённо приподняла брови:
– Ты? К психологу?
– Ага… Есть такая группа для мужчин. Нас там шестеро таких… чудиков. Раньше думали — так и надо: жена должна быть как механизм без чувств. А теперь вот… глаза открылись понемногу.
Он сделал глоток кофе и поморщился — напиток оказался слишком горячим.
– Знаешь, что я осознал? Я ведь тебя живую столько лет не замечал. Всё видел только роли — супы, стирка, порядок… А ты ведь когда-то рисовала. И мечтала…
– Я и сейчас рисую, – тихо ответила Ульяна. – Хожу на занятия: акварелью занимаюсь, маслом тоже пробую… Получается даже неплохо.
– Покажешь?
Она внимательно посмотрела на него:
– Зачем тебе это знать, Тарас?
Он неожиданно положил свою шершавую ладонь поверх её руки:
– Я меняюсь, Ульяна… Или хотя бы стараюсь меняться. Это нелегко — будто заново учишься ходить после долгого перерыва. Но я понял главное: нельзя держать человека в клетке. Даже если любишь его всем сердцем.
– Любишь?
– А ты думала иначе? Просто… разучился это показывать как следует. Всё гордость мешала да упрямство…
Ульяна смотрела в окно: за стеклом люди торопились по делам, несли пакеты с покупками, разговаривали по телефону.
Тарас заговорил снова — мягко и негромко:
– Я не могу обещать мгновенных перемен… Но я очень хочу попробовать всё начать заново — вместе с тобой. Если ты позволишь мне этот шанс…
Она молчала некоторое время, вспоминая их первую встречу в автобусе, свадьбу и рождение Арсена… Двадцать три года прожитой жизни промелькнули перед глазами за миг.
– На каких условиях? – наконец спросила она спокойно.
Он чуть улыбнулся:
– На твоих условиях… Только прошу — больше не кухаркой быть тебе рядом со мной… а женой… другом… человеком настоящим…
Ульяна допила кофе до конца и посмотрела на мужа: морщинки у глаз стали глубже, виски тронула седина; руки нервно теребили салфетку между пальцами.
– Знаешь что, Тарас… Давай для начала просто прогуляемся немного? Поболтаем спокойно… А дальше видно будет…
Его лицо озарилось светлой улыбкой:
– Правда? Прямо сейчас?
– Почему бы нет? Погода хорошая сегодня… Прогуляемся до парка? Расскажешь мне подробнее про свои курсы…
Они вышли на улицу под ласковое солнце поздней осени; воздух был наполнен ароматом опавшей листвы и свежесваренного кофе из открытых дверей кафе поблизости.
Тарас вдруг повернулся к ней:
— Слушай… а помнишь нашу первую встречу?
Ульяна улыбнулась уголками губ:
— Конечно помню… В автобусе тогда было дело… Ты мне место уступил…
— А ты не захотела садиться! Сказала что рано тебе ещё ездить на чужих местах…
Они оба рассмеялись впервые за долгое время вместе — легко и искренне. И пошли дальше по аллее парка — пока ещё немного отстранённо друг от друга, но уже не чужими шагами рядом…
Впереди их ждал долгий разговор.
И возможно — начало чего-то нового в их жизни вместе вновь.