Наступила гнетущая тишина. Валентина побледнела и села на стул, едва держась на ногах:
— Анастасия… Что же ты натворила…
В этот момент входная дверь распахнулась, и на пороге появилась сама Анастасия — щеки пылали от мороза, в руках она держала пакеты:
— Мам, я принесла твой любимый пирог! И ещё… — она осеклась, заметив присутствующих. — Оленка? Я думала, вы…
— В санатории? Или в командировке? Или где-то ещё? — Оленка поднялась со стула. — Рассказывай. Только без лжи — пора уже.
Валентина с недоумением посмотрела на дочь:
— Настя, что происходит? Почему эта женщина говорит о сдаче комнаты?
— Мам, я всё объясню! — Анастасия нервно теребила ремешок сумки. — Просто так вышло… У меня возникли проблемы с деньгами, я не могла платить за квартиру…
— За которую ты уже три месяца мне должна, — вставила Оленка.
— Что?! — Валентина прижала руку к груди. — Как это должна? Ты же уверяла меня, что всё хорошо! Что вы с Оленкой как родные!
— И ещё утверждала, будто имеешь право распоряжаться жильём? — обратилась Оленка к мужчине в костюме. — Что именно она вам пообещала?
— Мне срочно нужны были деньги… — Анастасия опустила глаза. — Я подумала: если сдам комнату, смогу покрыть долги…
— Какие долги, Настя?! — Валентина побледнела ещё сильнее. — Ты ведь говорила, что устроилась в банк!
— У меня нет работы! И не было! Всё потеряла три месяца назад… Не могла платить за квартиру и боялась тебе признаться…
Оленка молча наблюдала за происходящим. В памяти всплыли моменты: как три месяца назад Анастасия впервые задержала платёж; как просила понять её положение и обещала скоро всё уладить…
— Простите… — вмешался мужчина в костюме. — То есть квартира не сдаётся?
— Верно поняли, — кивнула Оленка. — Вы свободны.
Когда дверь за риелтором закрылась, прихожую окутало тяжёлое молчание. Татьяна тихо вышла из комнаты и пробормотала что-то о «семейных делах».
— Мам… пожалуйста… не переживай так сильно… Я всё исправлю…
— Исправишь?! — Валентина горько усмехнулась. — Как ты собираешься это сделать? Ты обманула меня. Обманула Оленку. Хотела сдать чужую квартиру! Я две недели здесь жила и верила тебе: готовила еду, убиралась по дому, познакомилась с соседями… А теперь…
Оленка вдруг заметила дрожь в руках Валентины. Женщина приехала помочь дочери и оказалась втянута в неприятную историю.
— Валентина… давайте я поставлю чайник… Потом спокойно поговорим.
— Какой чай… Я сейчас соберу вещи и уеду отсюда немедленно… Простите меня… даже представить боюсь вашу злость…
— Мамочка… куда ты собралась так рано?.. – встревоженно спросила Анастасия.
Оленка вдруг повернулась к ней:
— А ты где собираешься ночевать? Насколько я понимаю – у тебя сейчас нет крыши над головой?
Анастасия густо покраснела:
— У подруги… На раскладушке в коридоре…
Валентина ахнула и снова опустилась на стул:
— Боже мой… Во что же ты нас втянула…
Оленка решительно расставляла чашки на столе:
— Так давайте говорить откровенно: сколько ты должна и кому?
Анастасия замялась:
— Вам за три месяца… И ещё кредит банку должна выплатить… Я искренне старалась найти работу – правда старалась! Но всюду получала отказы… Тогда придумалась идея со сдачей комнаты – надеялась хоть часть долга покрыть…
Оленка скептически приподняла бровь:
— И что же – нашлись желающие?
Анастасия едва слышно прошептала:
— Двое внесли задаток…
Валентина вскрикнула от ужаса:
— Да ты ещё и задатки взяла?! За чужую квартиру?!
Анастасия поспешно заговорила:
— Я верну деньги! Уже устроилась официанткой – через месяц получу первую зарплату…
Оленка перебила её резким голосом:
— Через месяц?! Эти люди будут ждать твоего первого аванса? Мне тоже ждать придётся?! Или банк согласится подождать вместе с нами?..