— Но… Анастасия Волошин говорила…
— Ваш отец выразил свою волю совершенно однозначно, — мягко произнёс нотариус. — Всё имущество переходит вам. Госпоже Волошин остаётся лишь то, что было официально оформлено на неё при жизни Михайла Гетмана — её личные вещи, украшения и автомобиль.
Мария Петренко вскрыла второй конверт. Внутри оказались ключи и записка: «Доченька, в моём кабинете в нижнем ящике стола есть тайник. Нажми на правую стенку ящика — там ты найдёшь всё необходимое. Я всегда верил в тебя. Помни: твой дом — это твоя крепость. Не позволяй никому изгнать тебя из неё. Папа.»
Тем же вечером Мария вернулась домой раньше Анастасии Волошин. В кабинете отца, следуя его указаниям, она нашла документы на дом, банковские выписки и маленькую коробочку с маминым кольцом, которое считалось утерянным много лет назад.
Раздался хлопок входной двери — Анастасия вернулась домой, разговаривая по телефону.
— Да-да, завтра подпишу договор с дизайнером… Пора уже сделать нормальный ремонт… Конечно распоряжаюсь как хочу — это ведь мой дом!
Мария спустилась в гостиную с папкой документов в руках. Увидев её, Анастасия прервала разговор.
— Что ты здесь забыла? Я ясно сказала: тебе место в сарае!
— Я была у нотариуса, — спокойно произнесла Мария.
Анастасия побледнела.
— У какого ещё нотариуса?
— У Матвея Мороза. Он передал мне завещание отца.
Мария положила бумаги на стол перед ней.
— Дом теперь принадлежит мне, Анастасия. Полностью и официально.
— Чушь! — лицо мачехи перекосилось от гнева. — Михайло обещал! Он говорил, что всё оставит мне!
— Видимо, он изменил своё решение, — Мария раскрыла документ. — Здесь всё изложено предельно ясно: дом, участок земли и счета переходят ко мне.
Анастасия выхватила бумаги и начала лихорадочно их читать снова и снова. Её лицо становилось всё бледнее с каждой строкой.
— Нет… Это не может быть! Это фальшивка! Подделка! Я подам в суд!
— Не советую этого делать, — Мария сохраняла спокойствие. — Все документы заверены нотариально. Отец предусмотрел всё до мелочей.
Анастасия опустилась в кресло с завещанием в руках… но тут же вскочила:
— Ты хочешь выгнать меня?!
— Вы сами просили меня уйти из дома, — ответила Мария прямо глядя ей в глаза. — Теперь я вынуждена попросить вас сделать то же самое.
— Нахалка! — выкрикнула Анастасия и бросила бумаги на пол. — Это несправедливо! Он обещал… Я столько лет была рядом…
— Отец сам принял решение, — твёрдо сказала Мария Петренко. — И я уверена: он не ошибся ни в чём. Этот дом должен остаться таким, каким он его задумывал: без обмана и притворства.
Анастасия смотрела на неё с яростью:
— И где же мне теперь жить?
— У вас есть квартира и машина… Отец был щедр к вам при жизни. Этого хватит на первое время. У вас есть три дня собрать вещи.
— Ты ещё пожалеешь об этом! Всё равно добьюсь своего!
Мария подошла к двери и распахнула её:
— Возможно… Но этот дом вы уже потеряли навсегда.
Прошла неделя. Мария стояла посреди отцовской библиотеки: рабочие уже вывезли новую мебель, которую успела купить Анастасия Волошин; комната вновь обрела прежний облик. На полках снова стояли книги по архитектуре; стены украшали чертежи отца вперемешку с её собственными эскизами.
Из открытого окна доносился аромат цветущих яблонь; девушка сделала глоток травяного чая и включила ноутбук: утром пришло письмо о зачислении в архитектурный колледж.
Рядом лежал дневник отца; на последней странице она записала:
«Я больше не тень для этого дома… Папа, твоя крепость снова жива вместе со мной.»
Благодарю за внимание!
Подписывайтесь и делитесь впечатлениями о моей истории! С вами была Ганна Зинченко!