— И что ты ей ответил?
— Сказал, что это наше личное дело. Она обиделась, назвала меня неблагодарным сыном. В общем, разговор получился неприятный.
Я обняла Тараса, стараясь его поддержать. Но внутри нарастало беспокойство. А вдруг Лариса передумает? Что если она отзовёт своё предложение?
Наступил тот самый день. Мы пришли к нотариусу — я, Тарас и его мама. Лариса выглядела особенно нарядно, словно собиралась на праздник. Она улыбалась, шутила, но в её взгляде сквозила какая-то настороженность.
Нотариус зачитал договор дарения. Всё было вполне обычно — свекровь передаёт квартиру сыну и его жене в равных долях. Никаких дополнительных условий, как я и надеялась.
— Если все согласны с изложенными пунктами, прошу поставить подписи вот здесь, — произнёс нотариус.
Сначала подписала Лариса. Затем Тарас. Потом очередь дошла до меня.
И тут свекровь произнесла фразу, от которой у меня по спине пробежал холодок:
— Оксаночка, дорогая моя, надеюсь вы с Тарасом оправдаете мои ожидания. Квартира ведь просторная — для детской место найдётся.
Я подняла глаза и встретилась взглядом с мужем. Он смотрел на меня с каким-то виноватым выражением лица — будто что-то скрывал.
— Тарас? — тихо спросила я.
— Подписывай, Оксан… Потом всё обсудим.
Но внутри уже зародилось подозрение: что-то здесь не так. Этот молчаливый обмен взглядами между ним и матерью… странная полуулыбка Ларисы…
— Простите, — обратилась я к нотариусу. — Можно мне ещё раз перечитать договор?
— Конечно же можно, — удивлённо ответил он и протянул мне бумаги.
Я начала читать внимательно и медленно. Основной текст был стандартным… пока я не добралась до приложения…
«Стороны соглашаются: в случае расторжения брака между одаряемыми в течение трёх лет со дня подписания настоящего договора доля супруги сына возвращается дарителю».
Я перечитала этот абзац несколько раз подряд — не веря своим глазам.
— Что это означает? — спросила я резко и указала пальцем на нужную строчку.
Нотариус слегка покашлял:
— Это значит: если вы разведётесь в течение трёх лет после подписания договора, ваша часть квартиры возвращается Ларисе.
— Но никто мне об этом не говорил!
— Оксаночка милая, ну зачем ты так волнуешься? — вмешалась свекровь ласковым тоном. — Это просто формальность! Вы ведь не собираетесь разводиться? Это всего лишь мера предосторожности… чтобы квартира осталась в нашей семье.
Я повернулась к мужу:
— Мама рассказала мне позавчера… Но это же ничего страшного… Мы любим друг друга…
— Ничего страшного?! Да твоя мать фактически делает из меня временную квартирантку! А ты говоришь «ничего»?!
Лариса вмешалась с холодной интонацией:
— Не стоит драматизировать ситуацию. Если ты действительно любишь моего сына и не планируешь уходить от него — какая тебе разница? А если всё-таки уйдёшь… Тогда уж прости: мне бы не хотелось отдавать квартиру чужому человеку.
— Я вам не чужая! Я уже пять лет как жена вашего сына!
Свекровь пожала плечами:
— Жёны бывают разные… Вот когда родишь Тарасу ребёнка — тогда станешь настоящей частью семьи.
Теперь всё стало ясно как день: вся эта показная щедрость была частью плана; постоянные разговоры о детях тоже были неспроста…
— Так вот оно что… — медленно проговорила я. — Вы хотите привязать меня к вашему сыну ребёнком… А квартира служит приманкой? Родишь наследника – получишь жильё; нет – останешься ни с чем?
Лариса недовольно сморщилась:
— Какие резкие слова… Я всего лишь забочусь о будущем своего сына! Разве плохо хотеть для него крепкую семью?
— Настоящая семья строится на любви и доверии! А не на юридических ловушках!
Свекровь парировала спокойно:
— Если есть любовь и доверие – то такие формальности ничему не помешают…
Я посмотрела на мужа: он сидел молча с опущенной головой.
— Почему ты молчишь?! Скажи хоть слово!
— Оксана… Подпиши документ… Мы ведь всё равно вместе навсегда… И дети у нас будут – просто чуть позже…
Я едва могла поверить своим ушам:
— Чуть позже?.. То есть ты тоже считаешь свою мать правой?!
— Я думаю… мама имеет право ставить условия – это же её квартира…
— Но она же дарит её НАМ! Подарок должен быть без условий!
Лариса пожала плечами:
— Никто вас не заставляет подписывать… Не хотите – живите дальше в съёмной квартире…
Это был ультиматум чистой воды. Манипуляция во всей красе.
А самое горькое – мой муж оказался полностью на стороне матери…
Я резко поднялась из-за стола:
– Я отказываюсь ставить подпись под этим договором!
– Оксана! – вскрикнул Тарас. – Не делай глупостей! Это наш шанс!
– Нет! Это ловушка твоей матери! Сегодня она диктует условия по поводу квартиры – завтра начнёт решать за нас когда рожать детей и как их воспитывать!
– Я просто хочу внуков! – возмутилась Лариса.– Разве это преступление?!