Работа спорилась. Артём занялся верхней частью, я красила середину, а Виктор возился у самой земли. В воздухе витал запах олифы и тёплого дерева. Племянник рассказывал весёлые истории из студенческой жизни, Виктор подшучивал над ним, а я не могла сдержать смех.
Никто не жаловался, не просил принести воды и не стонал от жары.
К двум часам забор уже сверкал свежей зеленью. Руки усеяны пятнами краски, спина ноет — но на душе так светло, что хочется петь.
— Всё, мужчины. Идите мыть руки.
Обед по заслугам
Мангал догорал до серых углей. Я выложила мясо — не маринованное в уксусе мясо «по привычке», как любит родня, а настоящие стейки: только соль и перец.
Артём крупно нарезал огурцы с помидорами — по-простому, как в деревне. На столе стоял запотевший графин.
Когда мясо зашипело на тарелках, Артём отрезал кусочек, пожевал и закатил глаза:
— Тёть Екатерина… Это вообще легально?
Мы ели молча — только звяканье вилок нарушало тишину. Не торопились: наслаждались каждым кусочком. Эти четыре стейка обошлись дороже ведра свинины — но удовольствия дали куда больше.
Никакой суеты, никто не бегает с просьбами или обсуждает новости.
Артём доел последним и вытер хлебом сок со своей тарелки:
— Спасибо. Как будто в другом мире посидели.
Посуду убрали вместе. Мангал окончательно остыл. День клонится к вечеру — длинные тени от яблонь ложатся на траву.
Явление народа
Шестой час вечера. К воротам подкатили сразу две иномарки — клубы пыли поднялись столбом.
Хлопнули дверцы машин: первой появилась Марьяна с мужем, за ними Иван со своей семьёй, замыкала процессию Оксана с сыном-подростком, который даже не отвлёкся от экрана телефона.
Все при параде: чистые и выглаженные. Марьяна в ослепительно белых бриджах, Иван щеголяет новой футболкой. Руки пустые — ни тебе торта к чаю, ни арбуза на десерт.
Сестра оглядела двор и заметила нас на веранде; её лицо расплылось в широкой улыбке:
— Ну что ж! Хозяева! Принимайте гостей! Мы еле выбрались из пробки — голодные как звери!
— А где дым? Иван, доставай мангал… Ага! Он уже тут стоит!
Я осталась стоять у перил крыльца:
— Дымка сегодня не будет. Мы уже пообедали.
Наступила неловкая пауза. Марьяна застыла с ногой на ступеньке крыльца.
— В каком смысле «пообедали»? А мы?