Ганна беспомощно переводила взгляд с Леси на Михайло и снова и снова повторяла:
— Как же мне теперь жить? С голоду я, может, и не пропаду — дома есть и гречка, и пшено, и кое-что ещё найдётся. Но как жить дальше, если я всю жизнь таких вот мальчишек учила, а он… вырвал сумку, толкнул старуху на землю. Для него чужая жизнь ничего не стоит! Как после этого жить?
Она бессильно прислонилась к дверному косяку. Слёзы струились по щекам, выцветшие глаза покраснели от обиды, страха и горького разочарования. Всё напрасно… Как теперь жить, если вдруг оказалось, что всё было напрасно?
Слёзы катились по её щекам, а поблекшие глаза покраснели от боли, обиды и пережитого ужаса.
Всё зря… И как теперь жить, если выходит, что всё было напрасно?
Михайло крепко стиснул ладонь Леси. Она заметила, что и он едва сдерживает слёзы, и вдруг он неожиданно произнёс:
— Ему очень стыдно, Ганна, он искренне раскаивается. Просил не называть его имени и клялся, что больше никогда так не поступит. Никогда! И ещё попросил передать вам вот это, — Михайло вынул из кармана свёрток, и Ганна сразу узнала его.
— Да что вы? Неужели сам принёс обратно? Значит, есть ещё совесть у людей, не перевелась? Господи, деточки, вас мне словно Ангел послал… А я ведь уже отчаялась, совсем разуверилась во всём.
Старость сама по себе тяжела, а тут я и вовсе духом пала.
Проходите же, Леся, и вы тоже, молодой человек. Вас Михайло зовут? Как же вы меня осчастливили! Выходит, не всё потеряно, значит, можно жить дальше!
Радости Ганны не было границ. С тех пор Леся и Михайло стали часто навещать пожилую учительницу — знали, что она их ждёт.
Когда Ганна узнала о планах Леси и Михайло, то во время чаепития после окончания школы вдруг поднялась из-за стола с загадочной улыбкой и вышла в другую комнату. Вернувшись, она держала что-то в руках.
— Вот, хочу сделать вам подарок, ребята. Раньше мне и дарить-то было некому, а теперь есть кому, — глаза Ганны сияли от счастья. — Тебе, Леся, на добрую память колечко от меня, а Михайло — старинную монетку на удачу. Только не забывайте меня, ладно? С вами моя жизнь снова обрела радость.
— Конечно, Ганна! — растроганно, почти в один голос ответили они и обняли чужую, но ставшую почти родной старушку.
Вот так бывает: сначала приходят утрата, боль и разочарование. Но потом добро всё равно возвращается к тому, кто сам всю жизнь щедро делился им с другими.
А зло непременно настигнет того, кто его сотворил, словно пыль, брошенная против ветра.
Обязательно настигнет.
Спасибо за лайки, отзывы и подписку!
Пожалуйста, делитесь понравившимися рассказами в соцсетях — автору будет очень приятно!