Продавщица уверяла — это самый модный тренд. Мол, ткань «дышит», как лён, а переливается, будто шёлк. Не то что твоя шерсть, Оксана, от которой, по её словам, молью тянет. Я вот подумываю, может, тебе сменить направление? Шить автомобильные чехлы? Там деньги настоящие, а не твои бесконечные стежки да строчки.
Я с трудом удержалась от смеха, вообразив это чудо — «натуральный полиэстер».
— Ганна, — спокойно произнесла я. — Полиэстер — синтетика, его получают из продуктов переработки нефти и газа. Натуральным он быть не может, так же как железо не бывает деревянным. А шерсть «Super 140s», с которой я работаю, тоньше человеческого волоса и стоит триста евро за метр.
Ганна застыла с ломтиком буженины на полпути ко рту. По её щекам разлился багряный румянец, отлично сочетающийся с блеском люрекса.
— Ты меня ещё поучи! — фыркнула она и уронила кусок мяса прямо в декольте.
Попытка вытащить жирную буженину из глубин внушительной груди напоминала сражение ныряльщика с морским чудовищем. Зоряна взвизгнула, Мирон закашлялся, а Александр оцепенел, не зная, куда смотреть. Наконец Ганна извлекла добычу, демонстративно швырнула её обратно на тарелку и, не смущаясь, вытерла пальцы о белоснежную тканевую салфетку, оставив на ней яркие оранжевые пятна.
— Всё, достаточно разговоров, — объявила она, вновь приняв величественный вид. — Пора переходить к подаркам!
За столом воцарилась тишина. Ганна наклонилась и вытащила из-под стола массивный плотный пакет с логотипом самого дорогого ювелирного салона города.
У Александра загорелись глаза. Зоряна усмехалась с плохо скрываемым злорадством.
— Оксана, — торжественно начала Ганна, поднимаясь. — Ты знаешь, мы люди небедные, но разбрасываться средствами не привыкли. Я долго размышляла, что преподнести тебе на тридцать пять лет. Возраст серьёзный, пора думать о статусе, о душе.
Она протянула мне пакет.
— Держи. Это от всех нас.
Он оказался увесистым. Сердце предательски дрогнуло — неужели, наконец, проявление нормального отношения? Я осторожно вынула содержимое.
Внутри обнаружилась элегантная бархатная коробочка. Я открыла её. Пусто.
Подняв взгляд, я снова заглянула в пакет. На самом дне лежал аккуратно сложенный лист бумаги. Я развернула его — кассовый чек.
Сумма: 150 000 гривен.
Наименование товара: Колье золотое с топазами.
— Ганна? — растерянно произнесла я. — Здесь только чек.
— Разумеется! — оживлённо воскликнула она, обводя гостей победным взглядом. — Колье я оставила себе. Оно мне так идёт, правда, Зоряна? А тебе, Оксана, я дарю этот чек.
Повисла пауза. Тяжёлая, густая — её будто можно было разрезать ножом, словно тот самый «не пармезан».