Иван тоже находился дома весь день. Почти не выходил из кабинета, лишь однажды появился — формально поприветствовать детей. Держался подчеркнуто сдержанно и отстранённо. Оксана благоразумно не пыталась вовлечь его в общее веселье.
День рождения прошёл замечательно. Девочки без устали играли, смеялись от души, на ходу придумывали новые развлечения. Ели горячую пиццу прямо руками, запивали сладким соком из ярких трубочек, танцевали под громкую музыку. Никаких скучных нравоучений. Никаких сравнений с «чужими успехами». Ни одного занудного «а вот раньше было иначе».
Оксана наблюдала за ними из кухни, стараясь не вмешиваться. Она видела, как Злата смеётся легко и свободно, без тени скованности. Как уверенно берёт на себя роль ведущей в играх, придумывает правила. Подруги слушали её внимательно, с интересом и уважением.
Дочь светилась счастьем — настоящим, искренним.
И впервые за долгое время Оксана ощутила внутри твёрдую уверенность: она поступила верно. Это решение было не самым удобным и не самым компромиссным, зато честным и правильным.
К вечеру, когда гости разошлись, Злата с воодушевлением принялась помогать Наде убирать. Протёрла стол, аккуратно собрала сдувшиеся шарики, сложила подарки в одну стопку.
— Мам, это был самый лучший день рождения в моей жизни, — сказала она, сияя глазами.
Оксана мягко улыбнулась.
— Правда-правда. Спасибо тебе огромное, что позволила всё устроить именно так, как я хотела.
— Всегда пожалуйста, милая.
Злата помедлила и спросила тише:
— А папа… он сильно на меня обиделся?
Оксана на секунду задумалась.
— Нет, конечно. Просто он не привык, что можно иначе. Со временем поймёт.
— Надя тоже справится с этим.
Злата нежно обняла Оксану.
— Я тебя очень-очень люблю, Оксана.
— И я тебя безумно люблю, Злата.
Поздно ночью, когда Злата уже крепко спала в своей комнате, Иван неожиданно появился на кухне. Оксана стояла у окна с чашкой горячего чая и смотрела на огни ночного города.
— Ты ещё не ложилась? — тихо спросил он.
Он молча налил себе воды из графина и, немного помедлив, сел напротив.
— Злата сегодня была по-настоящему счастлива, — произнёс он задумчиво.
— Да. Это было видно.
— Похоже, ты во всём оказалась права.
Оксана удивлённо подняла на него глаза.
— Серьёзно так думаешь?
— Серьёзно. Я просто никогда не смотрел на это с другой стороны. В нашей семье всегда считалось естественным звать на праздник всю родню.
— Раньше — да. Но это не значит, что так должно быть всегда.
— Надя до сих пор не может успокоиться. Сегодня звонила мне три раза.
— Пусть звонит, если хочет.
— Говорит, что ты плохо на меня влияешь, будто настраиваешь против семьи.
Оксана невесело усмехнулась.
— Любопытная интерпретация.
— Я сказал ей прямо, что ты права. Что сначала нужно было спросить мнение Златы. Это ведь её день.
— И как она отреагировала?
— Просто положила трубку.
Оксана понимающе кивнула.
Иван допил воду и поднялся.
— Спасибо тебе, Оксана.
— За то, что вовремя меня остановила. Я бы испортил дочери праздник, даже не заметив этого.
— Ты не собирался ничего портить. Просто не задумался.
— Это всё равно не оправдание. Спасибо.
Он тихо вышел. Оксана осталась у окна одна, глядя на редкие машины внизу и огни города.
На душе было спокойно. Светло и спокойно.
Сегодня она защитила свою дочь. Не от опасности и не от врагов — от ситуации, в которой её желания снова могли бы остаться без внимания.
И это действительно было правильно.