— Мам, ну… может, действительно не нужно…
— Что значит — не нужно?! — тут же вспыхнула Ганна. — Я тебя вырастила, неблагодарный! Всю жизнь на тебя положила! В институт поступал — я по преподавателям ходила, договаривалась! Диплом защищал — я тексты правила! Первую работу кто тебе нашёл? Я через знакомых устроила! А теперь ты на стороне этой… этой…
— Подбирайте слова, — холодно произнесла Оксана. — Я, между прочим, хозяйка этого дома.
— Хозяйка? — презрительно усмехнулась свекровь. — Квартира в ипотеке! И на кого она оформлена? На моего сына! Так что, если разобраться, это его жильё!
— Совместно нажитое имущество, — спокойно возразила Оксана. — Или вы забыли, как уговаривали нас брать квартиру побольше? «Богдан, оформляй трёшку, не скупись, доходы позволяют!» А когда понадобился первый взнос, кто его внёс? Я. Из своих сбережений. Шестьсот тысяч гривен, которые откладывала три года. В тот момент Богдан как раз ушёл с работы и искал новую.
— Но он ведь нашёл! — не сдавалась Ганна. — Ему нужно было время, чтобы устроиться как следует!
— Полгода, — уточнила Оксана. — Шесть месяцев я одна платила ипотеку, коммунальные счета, покупала продукты. И ещё помогала своей маме. А вы где были, Ганна?
— У нас… были свои траты…
— Например, круиз по Средиземному морю, — кивнула Оксана. — Я видела фотографии в соцсетях. Путешествие, судя по снимкам, удалось.
— Мы всю жизнь работали! Имеем право на отдых!
— Безусловно, — согласилась Оксана. — Только не стоит потом утверждать, что поддерживали нас в трудный момент. Вы помогали тогда, когда это было удобно и не требовало серьёзных затрат.
Из детской внезапно послышался тихий плач. Оксана вздрогнула — совсем забыла, что дочка спала. Вернее, спала до этого скандала.
— Прекрасно. Ребёнка разбудили, — сквозь зубы сказала она. — Спасибо, Ганна.
— Не уводи разговор в сторону! — повысила голос свекровь. — Мы пришли не о ребёнке говорить! Богдан, ты вообще собираешься что-то решать? Скажи жене, чтобы не дерзила! Напомни ей, что ты обещал нам помочь!
Богдан тяжело выдохнул. Оксана видела, как его разрывает между ними, но сейчас ей было всё равно. Терпение закончилось.
— Богдан, — она повернулась к мужу. — Ответь честно. Ты действительно пообещал родителям деньги от маминой квартиры?
Он молчал, уставившись в пол.
— Я жду, — твёрдо произнесла Оксана. — Да или нет?
— Я… — он сглотнул. — Я сказал, что мы могли бы… теоретически… если что-то останется после расходов…
— Останется? — вспыхнула Оксана. — После каких расходов? Мы этими деньгами закрыли ипотеку! У нас всего двести пятьдесят тысяч осталось, и я собиралась отложить их на образование Зоряна! Что, по-твоему, должно «остаться»?
— Подожди… — Ганна вдруг притихла. — Как это — закрыли? Богдан, ты говорил, что вам ещё платить и платить!
— Мам, я не хотел, чтобы ты… — он окончательно сник.
— Нам теперь нельзя погасить собственную ипотеку? — жёстко спросила Оксана. — Мы с Богданом решили выплачивать досрочно, каждый месяц вносили больше положенного. Мне надоело жить с этим кредитом, как с петлёй на шее. Хотелось свободно распоряжаться деньгами, путешествовать, откладывать на будущее дочери, просто жить спокойно. А когда мама умерла…
Голос её на секунду дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.
— Когда мамы не стало и квартира перешла мне по наследству, я уже знала, как поступлю. Я закрою ипотеку. Поставлю точку в этом долговом бремени. Это были последние деньги моей мамы, её прощальный подарок. И я распорядилась ими так, как считала правильным.
— И даже не посоветовалась с родителями мужа! — возмутилась Ганна. — Это же общие семейные средства!
— Нет, — отрезала Оксана. — Это моё личное наследство. По закону — моя собственность. Я могла продать квартиру и оставить деньги на своём счёте, и Богдан не имел бы к ним отношения. Но я вложила их в наше жильё. В наше будущее. В будущее нашего ребёнка.
— Значит, нам ничего не дадите? — Ганна смотрела на невестку так, словно та призналась в преступлении. — После всего, что мы для вас сделали?
— Ганна, — устало сказала Оксана. — Вы сделали ровно то, что делают обычные родители: вырастили сына и дали ему образование. Это не подвиг, а родительская обязанность. Моя мама сделала для меня то же самое. Только она оставила мне квартиру, а не счёт с требованием вернуть потраченное.
— Как ты смеешь это сравнивать! — вскочила свекровь.
Оксана посмотрела на неё прямо и твёрдо, готовая объяснить, почему имеет полное право говорить об этом открыто.
— Сравниваю, потому что именно вы пришли посягать на мою квартиру! Лишь потому, что решили: ваш сын обязан вам до конца жизни.
Ганна раскрыла рот, но слов так и не нашла.