И прямо под этим контактом значилось — «Станислав (Гендиректор)». Его номер Ганна занесла в телефон месяц назад, когда нужно было срочно оформить бумаги для декрета, а Богдан тогда не отвечал на звонки.
Ганна коснулась имени «Богдан». В трубке потянулись длинные, безразличные гудки. Затем — сброс.
Она попыталась ещё раз.
«Абонент временно недоступен».
Её мгновенно охватила паника. Она была одна. Дверь закрыта на сложный замок, который из положения лёжа ей не открыть. Даже если приедет помощь, спасатели окажутся перед запертой квартирой.
Мысли путались, события наслаивались одно на другое. Почти теряя сознание, она с трудом открыла мессенджер. Перед глазами всё расплывалось, но ей казалось, что пишет она мужу.
«Мне пора в больницу, дверь заперта! Всё началось, я упала, встать не могу. Приезжай срочно, умоляю!»
Она нажала «Отправить», и телефон выскользнул из ослабевших пальцев. Экран тут же погас.
Станислав, владелец крупной строительной компании, в этот момент проводил совещание. Он слыл человеком жёстким и требовательным, не прощал опозданий и не терпел неясностей. Подчинённые держались с ним настороженно.
Телефон на столе коротко подал сигнал. Станислав бросил быстрый взгляд на экран. Сообщение.
Брови его сошлись. Номер показался знакомым — Ганна, жена его менеджера по снабжению, Богдана. Спокойная, вежливая женщина, приходила когда-то подписывать документы.
Он пробежал глазами текст. На его обычно невозмутимом лице мелькнула тревога.
— Совещание окончено, — резко произнёс он, поднимаясь.
— Но Станислав, мы же смету не… — растерянно начал главный бухгалтер.
Он стремительно вышел из кабинета и на ходу набрал Любомира. В ответ — всё то же: «Абонент недоступен».
— Вот же подлец, — сквозь зубы бросил Станислав.
Следом он связался с начальником охраны:
— Срочно выясни, где сейчас находится телефон Богдана. И машину к подъезду. Я сам выезжаю.
Через пару минут пришли координаты. Богдан находился вовсе не на строительной площадке. Метка светилась в районе загородного оздоровительного комплекса «Лагуна».
Станислав стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки.
Он мчался на внедорожнике, обгоняя поток машин. До дома Ганны и Богдана было около пятнадцати минут. Пять лет назад он потерял жену — сердце не выдержало. И то ощущение беспомощности, когда помощь запаздывает, до сих пор жило в нём.
Он взбежал на третий этаж, дёрнул за ручку — заперто. Из квартиры доносился едва различимый голос.
Ждать спасателей он не стал. Отступив на шаг, он с разбега навалился плечом на дверь. Замок треснул, но устоял. Со второго удара механизм не выдержал.
Ганна лежала в коридоре, съёжившись.
Она приоткрыла глаза и мутным взглядом посмотрела на него:
— Станислав? А где… Богдан?
— Я вместо него. Держись.
Он осторожно поднял её на руки.
В машине он гнал так, что встречные автомобили прижимались к обочине. На заднем сиденье Ганна тяжело и прерывисто дышала.