Виталий был человеком-инструкцией. Сорок лет на железной дороге научили его главному: эмоции приводят к крушениям.
Сорок лет, отданные железной дороге, превратили Виталия в человека-устав. За десятилетия службы он усвоил простую истину: там, где берут верх чувства, случаются катастрофы. «Держи голову холодной, Оксана, — наставлял он, когда она в детстве рыдала из-за плохой отметки. — Слезами стрелку не переведёшь. Ищи нужный рычаг».
Последние три года он будто находился в блокаде. Александра, заметив, что свёкор слабеет, стала кружить над ним, как хищная птица. Оформила опеку, убедив медиков, будто старик путается в словах. Забрала его пенсионную карту. Переселила в дальнюю комнату и фактически изолировала.
— Оксаночка, не навещай его слишком часто, — шипела мать. — Он стал агрессивным. Никого не узнаёт. Вчера на меня руку поднял.
Оксана понимала: это неправда. Когда матери не было, она тайком проходила к деду, приносила кефир и бублики. Он глядел на неё ясными, поблекшими глазами и тихо говорил:
— Терпи, внучка. Состав уже идёт. Главное — раньше времени с рельсов не сорваться.
В тот вечер, вернувшись к себе, Оксана решила привести в порядок его китель. Взяла щётку для одежды и стала тщательно очищать плотное сукно. Неожиданно пальцы наткнулись на странное уплотнение — слева, прямо напротив сердца.
Она осторожно ощупала подкладку. Это была не бумага — внутри прощупывался плотный свёрток, завёрнутый в целлофан. Шов выглядел безупречно: двойная строчка, суровая нить, подобранная точно в тон. Так аккуратно подворотнички пришивал только дед.
Оксана достала маникюрные ножницы и бережно распорола край.
На ладонь упал плоский пакет, обмотанный пищевой плёнкой. Внутри оказалась синяя школьная тетрадь в клетку и сложенный вчетверо документ с водяными знаками.
Развернув бумагу, Оксана увидела сберегательный сертификат на предъявителя. Старый, оформленный десять лет назад и продлённый. Сумма заставила её опуститься на стул. Этих средств хватило бы на три такие квартиры, как дедова.
Но по-настоящему её поразила тетрадь. На обложке аккуратным каллиграфическим почерком значилось: «ЖУРНАЛ УЧЁТА АНОМАЛИЙ».
Оксана раскрыла первую страницу.
«15 мая 2021 года. Александра изъяла из тумбочки 15 тысяч гривен. Сказала — на медикаменты. Лекарства не куплены. Вечером отмечала приобретение новых сапог. Слышал звон бокалов».
«20 августа 2022 года. Максим требовал деньги на погашение кредита. Угрожал отправить в интернат. Я притворился глухим. Ночью искал тайник в книгах. Не нашёл».
«3 февраля 2023 года. Александра принесла документы на дарственную. Привела своего нотариуса. Я изобразил сильную забывчивость, перепутал её с покойной женой. Нотариус сделку не заверил. Александра не кормила меня сутки».