— Да хватит уже тянуть, Оксана! Такси ждет, а у меня время — это деньги.
Дмитрий раздражённо толкнул мой чемодан носком ботинка. Молния, и без того едва державшаяся, разошлась с неприятным треском, словно что-то хрустнуло. Из распахнувшейся сумки высунулся рукав моего старого пуховика и плюшевый заяц трёхлетнего Мирон.
Я замерла в коридоре, ощущая, как по спине стекает холодный пот, несмотря на духоту в квартире. От мужа тянуло кислым перегаром, который не спасала даже мятная жвачка.
— Дмитрий, куда мне идти? Ноябрь на дворе, уже вечер… — голос предательски дрогнул. — Мирон только уснул.
— Проснётся в машине, не граф. — Дмитрий опёрся плечом о косяк и демонстративно уткнулся в телефон. — Квартира по бумагам записана на маму. Ты тут никто, прописана у своего Богдан. Вот к нему и отправляйтесь. Мне нужна нормальная жизнь, а не твоё унылое лицо и постоянные сопли пацана.
Из нашей спальни — теперь уже, видимо, чужой — послышался влажный шлепок, а затем характерный звук разглаживаемых обоев щёткой: ш-ших, ш-ших.
Дверь распахнулась. Наталья вышла в прихожую, вытирая ладони о тряпку. На голове косынка, халат в пятнах клейстера. Она окинула меня взглядом, каким обычно провожают незваных гостей.
— Ты всё ещё здесь? — её низкий голос заполнил тесное пространство. — Дмитрий, сколько можно ждать? Мне кровать двигать надо. Завтра грузчики привезут мой гарнитур «Людовик», а тут этот мусор.
Она пнула зайца, валявшегося у порога.
— Наталья, ну имейте совесть, — тихо произнесла я, поднимая игрушку. — Это же ваш внук.
— Внук бывает от приличной женщины, — отрезала свекровь. — А от тебя одни проблемы. Дмитрий теперь молодой начальник, ему статус соответствующий нужен, жена презентабельная. София из планового отдела — вот это вариант. А ты? Ни рыба ни мясо. Всё, освобождай помещение.
Свекровь уже вовсю переклеивала обои в моей бывшей спальне, даже не подозревая, чей номер в этот момент набрал мой «тихий» Богдан, так что я, по её мнению, только мешала наводить порядок.
— Машину верни, — я посмотрела на мужа. — «Шкода» моя. Я её до свадьбы купила, на бабушкино наследство.
Дмитрий усмехнулся, не поднимая глаз от экрана.
— Ключи у София. Ей нужнее — она меня на работу возит. А ты и на автобусе доедешь, полезно подвигаться. И вообще, помолчи, пока я в настроении. А то сейчас позвоню куда надо, скажу, что ты с ребёнком плохо обращаешься. Опека быстро заинтересуется.
Он резко приблизился, схватил меня за локоть и, не церемонясь, вытолкнул за дверь. Чемодан вылетел следом и гулко ударился о бетон. Замок щёлкнул — два оборота, для верности.
Я осталась одна в полутёмном подъезде, пропахшем сыростью и старой штукатуркой, прижимая к себе испуганного, сонного Мирон и думая о том, что в Богдан в его хрущёвке на окраине всегда встречал меня одним и тем же запахом.