Я ничего не ответила. Напряжение постепенно схлынуло, и на его месте возникла такая слабость, что колени под столом предательски задрожали.
— Спасибо, — он внимательно посмотрел на меня. — Объясни, как ты здесь оказалась? С таким знанием языка тебе место в крупной компании, а не на кухне у Макар.
— У Мстислава проблемы с ногами, — произнесла я, рассматривая свои руки с сухой, потрескавшейся кожей. — Старая травма снова дала о себе знать. Он бывший военный, упрямый… Отказывается оформлять особый статус, уверен, что справится сам. Нужна серьезная процедура и долгая реабилитация. За последние полгода нас окончательно прижали долги. Я брала переводы на дом, но там постоянные задержки, иногда по месяцу без выплат. А здесь… здесь платят наличными каждый день.
Данило молча взял телефон.
— Сколько нужно сейчас? Чтобы закрыть самые срочные вопросы?
Я назвала сумму. Для меня она казалась неподъемной, почти фантастической. Для него — вероятно, стоимость одного ужина.
Спустя минуту в кармане пискнул мой старенький телефон — пришло банковское уведомление.
— Это аванс. Завтра жду тебя в отделе кадров. Оформим начальником отдела внешних связей. Мне необходим человек, который не позволит меня провести.
Я смотрела на экран, но цифры расплывались перед глазами. Слезы, которые я сдерживала месяцами, сами покатились по щекам. Я закрыла лицо ладонями, пытаясь успокоиться, но плечи вздрагивали от беззвучных рыданий. Облегчение смешалось с изматывающей усталостью.
— Эй, ты чего? — Данило поднялся, подошел ближе. Он явно растерялся и не знал, как реагировать, поэтому неловко коснулся моего плеча. — Всё позади. Слышишь? Самое тяжелое уже прошло.
— Спасибо, — всхлипнула я, вытирая глаза рукавом чужого пиджака. — Вы даже не представляете…
— Поехали, — неожиданно решительно сказал он.
— К Мстиславу. Сегодня праздник. Нельзя офицеру сидеть одному. Отвезу тебя и заодно поздравлю.
— Нет, Данило! Он не знает… Он уверен, что я работаю руководителем проектов удаленно. Если узнает про кухню, про крики… ему станет хуже. У него и так здоровье подводит.
Он посмотрел серьезно, без малейшей иронии.
— А кто сказал, что он что-то узнает? Сегодня ты провела переговоры на миллион евро. Ты — руководитель проектов. Причем лучший. Поехали.
Мы мчались по заснеженному Днепр, освещенному огнями и вспышками праздничных салютов. Его большой черный внедорожник мягко скользил по дороге. В багажнике лежали пакеты с блюдами из ресторана — Данило распорядился собрать всё у администратора.
Подъезд нашей пятиэтажки встретил нас сыростью и тусклым светом единственной лампы. Мне было неловко, но Данило шел спокойно и уверенно, неся тяжелые пакеты так естественно, будто бывал здесь не раз.
Мстислав сидел в старом кресле под пледом. На столе стояла открытая бутылка крепкого напитка и два граненых стакана — он поминал сослуживцев. По телевизору показывали «Офицеров». Увидев меня с незнакомым мужчиной в дорогом пальто, он попытался подняться, опираясь на трость, и лицо его напряглось от усилия.
— Товарищ полковник, сидеть! — бодро скомандовал с порога Данило, широко улыбаясь. — Разрешите войти? Старший лейтенант запаса Данило. Доставил вашу дочь, особо ценного сотрудника, лично в руки.
Глаза Мстислава вспыхнули живым огнем. Он расправил плечи, выпрямился — и на мгновение передо мной снова оказался тот сильный мужчина из моего детства.
— Проходите, лейтенант. Орися, накрывай на стол.
Вечер сложился удивительно тепло. Данило — жесткий и бескомпромиссный в делах, еще недавно ставивший на место французских партнеров, — теперь сидел на нашей маленькой кухне с облупленными обоями и внимательно слушал истории Мстислава о гарнизонах, учениях и службе, не выказывая ни тени неловкости от скромной обстановки.
Он не обращал внимания на скромный интерьер, с аппетитом ел Мстиславову фирменную квашеную капусту и так искренне её расхваливал, что Мстислав буквально светился от удовольствия.