— И правильно сделали! — оживилась Тамара. — Я же тебе давно говорила. Ты пашешь, деньги приносишь, а она что? В своем офисе бумажки перекладывает. Зарплата копеечная, зато на твои средства рассчитывает вовсю.
Богдан скривился. Когда мать начинала в таком тоне говорить об Оксане, внутри поднималось неприятное чувство протеста. Но спорить он не стал.
— Вот и живите теперь по-честному, — не унималась Тамара. — Каждый сам за себя платит. Справедливо ведь.
После разговора с матерью Богдан до самого вечера ходил хмурый. Вернувшись домой, он заметил, что Оксаны нет. Набрал ее номер:
— На работе задержалась. Олег подкинул дополнительный проект, нужно до пятницы закончить.
— Часов в восемь, думаю.
Он сбросил вызов и оглядел квартиру. Вид у нее был запущенный. На столе лежали его вчерашние носки, на диване — куртка. На полках скопилась пыль. Обычно к четвергу Оксана уже успевала пройтись пылесосом и протереть поверхности. Сейчас же создавалось впечатление, будто уборку не делали целую неделю.
Богдан решил приготовить ужин самостоятельно. Достал из морозилки котлеты, выложил их на сковороду. В итоге одна сторона подгорела, а другая осталась сырой. Он с отвращением пережевывал их, запивая водой.
Оксана вернулась около девяти — уставшая, но с каким-то внутренним удовлетворением.
— Проект закончила? — поинтересовался Богдан.
— Почти. Олег сказал, если все пройдет успешно, дадут премию.
— Премия — это хорошо, — он натянуто улыбнулся.
Она кивнула, ушла в ванную и долго стояла под душем. Потом, надев халат, села за ноутбук и принялась что-то печатать. Богдан включил телевизор, но сюжет фильма ускользал от него. Он то и дело смотрел на жену, пытаясь уловить перемены. Вроде бы все как обычно — спокойная, сосредоточенная. И все же между ними словно выросла невидимая стена.
В пятницу вечером заглянул Марко, младший брат Богдана. Ему было двадцать девять, он трудился механиком в автосервисе, жил один и время от времени наведывался к брату.
— О, Марко! — обрадовался Богдан. — Проходи.
Марко окинул взглядом комнату и присвистнул:
— Это что у вас, ремонт намечается?
— Да тут же бардак. Обычно у вас идеальный порядок, а сейчас…
Богдан недовольно поморщился:
— Временно это. Мы с Оксаной решили вести раздельный бюджет.
— В смысле раздельный?
Богдан вкратце объяснил. Марко выслушал и рассмеялся:
— Ты серьезно? Думал, она и дальше будет все на себе тянуть, только без твоих денег?
— Я… не совсем так это представлял.
Богдан растерянно развел руками. Марко покачал головой:
— Ну ты даешь. И где Оксана?
— Задерживается. Проект у нее.
— Ясно, — Марко прошелся по квартире, заглянул на кухню и увидел гору грязной посуды. — Ты вообще осознаешь, что устроил?
— Начинаю, — признался Богдан.
— Тамара снова тебя накрутила?
— Она просто переживает.
— Переживает, — усмехнулся Марко. — Мне она тоже советует не жениться, пока на квартиру не накоплю. Боится, что какая-нибудь охотница за деньгами попадется.
— А при том, что мама у нас хорошая, но лезть в чужую семью ей не стоит. Ты взрослый, женатый. Разбирайся с женой сам.
Богдан промолчал. Он понимал, что брат прав, но признать собственную ошибку оказалось непросто.
В субботу утром Богдан решил постирать рубашки. Загрузил машинку, щедро насыпал порошка — почти до краев. Стирка началась. Спустя двадцать минут из-под дверцы поползла пена.
— Что ты сделал?! — Оксана выбежала на шум.
— Сколько порошка засыпал?
— Там есть мерная ложка! И на отсеке все написано!
Они вдвоем собирали пену с пола. Богдан чувствовал себя глупо. Оксана молчала, только выжимала тряпку и снова проводила ею по плитке. Закончив, она без слов ушла в комнату.
Рубашки оказались чистыми, но мятыми. Богдан разложил гладильную доску, включил утюг. Через несколько минут ткань прилипла к подошве.
— Температуру нужно выставлять правильно, — бросила Оксана, проходя мимо. — У каждой ткани свой режим.
Она не остановилась, лишь коротко пояснила на ходу. Богдан смотрел на испорченную рубашку и понимал: раздельный бюджет — это не только о деньгах.
В воскресенье позвонила Тамара:
— Богданчик, приезжай на обед. Я щи сварила, твои любимые.
Он взглянул на Оксану. Та лежала на диване с книгой, будто его не замечая.
— Оксан, мама зовет на обед.
— Поезжай, — не отрываясь от страниц, ответила она.
— Я останусь. Нужно постирать и прибраться.
— Может, вместе съездим?
Богдан отправился к матери один. Тамара встретила его радушно, накормила щами, расспросила о работе. Потом разговор зашел об Оксане:
— Ну что, научилась сама о себе заботиться?
— Мам, она всегда это умела.
— Да брось. Я же вижу, какая она. Сидит у тебя на шее, ничего не делает.
— Мама, хватит! — не выдержал Богдан. — Оксана очень многое делает. Просто я это только сейчас осознал.
Тамара удивленно посмотрела на сына:
— Ничего. Просто этот раздельный бюджет, который ты мне советовала… плохая идея.
— Почему? Все честно.
— Честно, — согласился он. — Только я не ожидал, что честность окажется такой… неудобной.
Он уехал раньше обычного, сославшись на дела. По дороге домой размышлял, как теперь все исправить.
В понедельник Оксана проснулась рано. Новый распорядок уже стал привычным: готовить только для себя, убирать лишь за собой, стирать свои вещи. В этом было странное ощущение свободы. Раньше ее мысли постоянно крутились вокруг Богдана — что приготовить, что купить, не забыть ли постирать его форму. Теперь она думала о собственных планах.
На работе Олег вызвал ее к себе:
— Оксана, есть предложение. Появился крупный клиент — хотят полностью обустроить офис. Большой заказ. Возьметесь?
— Да, справлюсь, — уверенно ответила она.
— Придется перерабатывать: встречи, переговоры, задержки. Но доплата будет.
Олег довольно улыбнулся:
— Отлично. Тогда приступайте завтра.
Ганна перехватила ее после совещания:
— Ты уверена? Переработки — дело серьезное. Муж не против?
— А какая разница? — Оксана пожала плечами. — У нас раздельный бюджет. Мои деньги — мое дело.
— Оксан, но вы же все-таки муж и жена…
— Оксана, но вы ведь все-таки супруги…
— Да. Только живем как посторонние под одной крышей.
Ганна тяжело вздохнула, однако продолжать спор не стала.
Вечером Оксана вернулась домой и увидела Богдана на кухне. Он возился у плиты — по запаху было понятно, что это макароны. Вода из кастрюли уже выкипела и растеклась по конфорке, тихо шипя.
— Привет, — произнесла Оксана.
— Привет, — Богдан выглядел уставшим. — Как прошел день?
— Нормально. Олег поручил новый проект. Теперь буду задерживаться.