— Вот мы и пришли, — прервала его мысли Оксана.
— Вот и добрались, — вывела его из раздумий Оксана.
В прихожей звякнули ключи, и дверь распахнулась.
— Никита! — крикнула Оксана. — Мы вернулись!
— Давай, открывай глаза, — со смехом потрясла она жениха за плечо. — Посмотри, какие мы замечательные: и умные, и красивые. Можешь даже его погладить.
— Погладить? Кого это? Никиту? — растерянно уточнил Богдан.
— Конечно. Он так обычно знакомится. Позволяет себя гладить только тем, кто ему симпатичен. У тебя есть возможность проверить.
Богдан распахнул глаза и уставился на Оксану так, будто та сказала нечто совершенно безумное.
— А можно просто по голове? — запинаясь, спросил он, всё ещё опасаясь смотреть туда, куда она указывала.
— Как тебе удобнее. Хочешь — по голове, хочешь — по спинке.
Богдана трудно было назвать робким, но слова Оксаны его заметно смутили. Гладить Никиту? С порога? По голове или по спине? На секунду ему даже захотелось ретироваться из комнаты.
Однако, собравшись с духом, он украдкой взглянул в сторону и решил покончить с неопределённостью — сколько можно гадать и нервничать, пора увидеть «малыша» Оксаны собственными глазами.
— Одно дело — ребёнок, пусть и внезапно объявившийся. Но ребёнок, которого при знакомстве нужно гладить… Это вообще как понимать? И почему я раньше не замечал за Оксаной ничего странного? Может, именно из‑за этого Нестор её и оставил? — пробормотал Богдан, не успев додумать мысль: в тот же миг он увидел Никиту.
Он замер, часто моргая, не доверяя собственному зрению. Даже глаза протёр — вдруг показалось.
Но картина не изменилась. Перед ним стоял вовсе не малыш в подгузнике, а крупный пушистый кот с зелёными глазами.
— Кот? Никита — это кот? — изумление Богдана прозвучало вслух.
— Я просто не рассказывала, — пояснила Оксана, по‑своему истолковав его реакцию. — Ты всё время повторял, что обожаешь собак и терпеть не можешь кошек. Я боялась признаться — вдруг уйдёшь. Разные взгляды и всё такое. Но теперь, когда ты сделал мне предложение, скрывать больше нельзя. Ты должен познакомиться с Никитой. Он будет жить со мной всегда, — твёрдо произнесла она. — Кто любит меня, принимает и его. А если нет — значит, нам не по пути.
— Оксана, я-то решил, что Никита — это твой сын, — развёл руками Богдан. — И не нужно думать, что я против женщин с детьми. Просто я растерялся, когда ты сказала, что с ребёнком нужно знакомиться через поглаживание.
Оксана и Богдан переглянулись — и оба расхохотались.
— Ну что, возьмёшь в жёны девушку с таким приданым? — игриво спросила Оксана. Никита тем временем внимательно смотрел на Богдана, будто ожидая решения.
— Только если Никита согласится жить с человеком, который не в восторге от кошек, — негромко ответил Богдан. Кот подошёл и потерся о его брюки.
— Похоже, он меня одобрил, — улыбнулся Богдан, поспешно стряхивая шерсть и слегка морщась.
— Богдан, почему ты всё время обходишь Никиту стороной? — с лёгким упрёком спросила жена. Они прожили вместе почти год, но муж по‑прежнему старался держаться от кота подальше.
— Можно считать, что я и так делю с ним жилплощадь, — буркнул Богдан. — Лучше скажи, куда мы его пристроим, когда отправимся в отпуск.