– Оксана, ну что ты говоришь, будто мы посторонние? Мы же одна семья! Деньги всё равно остались бы в доме.
Семья… Но в семье обсуждают намерения открыто, а не проворачивают дела за спиной.
– Александр, ты вообще собирался рассказать мне, что ходил к нотариусу?
– А смысл? Чтобы ты лишний раз переживала?
– Я переживаю не из‑за наследства. Меня ранит то, что ты солгал!
Он резко поднялся и прошёлся по комнате, будто пытаясь найти оправдание.
– Оксана, я не хотел ничего дурного. Просто решил уточнить информацию.
– И для этого назвался чужим именем?
– Да, сглупил. С кем не бывает.
Сглупил… Нет, это было не недоразумение, а продуманная ложь.
– Александр, а если бы я так и не узнала о твоём визите к нотариусу? Что тогда?
Он замолчал, явно подбирая слова.
– Я бы всё равно тебе рассказал.
– Ну… когда настал бы подходящий момент.
– После того как оформил бы всё на себя?
– Оксана, прекрати! У меня не было никакого плана! Просто любопытство!
Но доверия уже не осталось. Слишком уж много совпадений: случайно подслушал разговор, тайком отправился к нотариусу, подготовил фиктивную справку.
На следующий день мы вдвоём отправились к Виктории. Я настояла, чтобы Александр официально отказался от любых притязаний на наследство.
– Александр, – обратилась к нему нотариус, – вчера ваша супруга подробно изложила обстоятельства. Вы осознаёте, что сообщили недостоверные данные о родстве?
– Осознаю. Я хочу оформить отказ от наследства.
– Хорошо. Однако имейте в виду: попытка получить имущество по подложным документам может быть квалифицирована как мошенничество.
Александр заметно побледнел:
– Но я ведь ничего не получил! Я только интересовался!
– Намерение уже имело место. А это нарушение закона.
Виктория подготовила его отказ и приняла мои бумаги для оформления прав на наследство.
– Оксана, через месяц сможете забрать свидетельство. И советую сменить замки в квартире вашей тёти.
– На всякий случай. Ключи могли сохраниться где угодно.
Ясно. Она деликатно намекнула, что стоит обезопасить себя даже от собственного мужа.
Дома мы долго сидели в тишине. Наконец Александр нарушил молчание:
– Оксана, извини меня. Я был неправ.
– В том, что не сказал тебе. Поступил скрытно.
– Александр, ты фактически пытался присвоить мои деньги!
– Да не присвоить! Мы же семья!
Снова это слово. Но в настоящей семье не посягают на чужое.
– А если бы это были средства посторонних людей, ты бы тоже попробовал их забрать?
– Не знаю. Думаю, нет.
– Ну… это же чужое.
– А моё разве не чужое?