Я тут подумала… Мне и серёжек хватит.
Я тут подумала… Серёжек мне вполне достаточно.
А кольцо… я хочу отдать его тебе.
Анастасия перестала всхлипывать и медленно обернулась.
Она смотрела на Оксану настороженно, чуть исподлобья.
— Да перестань… Носи сама. Раз купила — значит, мечтала о нём.
Но Оксана уловила в её взгляде не только сомнение — там на мгновение блеснула скрытая, жадноватая искра.
Пожалуй, Анастасия была права.
Оксана ещё совсем молода, впереди у неё целая жизнь — успеет заработать сколько угодно золота.
А вот Анастасия… она давно выдохлась.
Ещё в Яготине отец будто выжег из неё последние силы.
И всё-таки она женщина.
Ей тоже хотелось нарядов и украшений, пусть она и делала вид, что это пустяки.
— Ну примерь же, — мягко настаивала Оксана.
Немного поколебавшись, Анастасия взяла кольцо.
Оксана почувствовала, как её пальцы дрогнули.
— Это… настоящее? — едва слышно спросила она.
— Конечно. И чек есть.
Анастасия покачала головой, нахмурившись.
— И не жалко тебе было выбрасывать такие деньги на безделицу?
— Зато пройдут годы, а оно останется.
— Очень красивое… — она надела кольцо, повернула руку к свету, полюбовалась и сняла. — Но оно твоё.
Оксана улыбнулась:
— Мам, да брось. Я молодая. Выйду замуж — муж мне ещё не одно подарит. А это… уже разонравилось.
Помолчав, Анастасия снова взяла украшение.
— Немного поношу… потом верну. Если вдруг передумаешь.
Но Оксана уже решила — назад пути нет.
Её благодарность.
— Учти, если начнёшь меня доводить — отнесу в ломбард! — вспыхнула Анастасия, но без прежней злости. — И вообще, на что мы теперь жить будем?
— Как-нибудь справимся, — тихо ответила Оксана.
Судьба раз за разом проверяла их на прочность.
Оксана вышла замуж, но счастья тот союз не принёс.
Муж, Богдан, оказался ветреным.
Когда родился сын, выяснилось, что у него есть другая.
Оксана забрала ребёнка, съехала в комнату общежития и начала считать каждую гривну.
Первой к ней примчалась пятнадцатилетняя София.
Увидев, в каких условиях живёт сестра, она сразу всё рассказала матери.
На семейном совете постановили: помогать.
Бабушка сидела с малышом, Анастасия подрабатывала, ворча:
— За кого ты выскочила, глупая? Я же сразу заметила — глаза бегают! Как у мартовского кота! Или пьяница, или бабник! Весь в твоего отца!
— Я просто хотела поскорее уйти от вас, — однажды призналась Оксана. — Устала чувствовать себя вечной квартиранткой в чужом доме.
Они всегда разговаривали честно, не обходя острых углов.
Не в каждой семье встретишь такую беспощадную откровенность, какая была между Оксаной и её мачехой.
Оксана встретила другого мужчину — Антона.
Он буквально носил её на руках, усыновил её сына и любил его как собственного.
Вскоре они ждали ещё одного ребёнка.
А в семье Анастасии случилось несчастье: заболела бабушка Марьяна.
Несмотря на беременность, Оксана приезжала, помогала, ухаживала.
Когда бабушки не стало, она плакала так, словно потеряла родную мать.
И теперь Оксана снова подошла к Анастасии сзади, обняла её, прижалась к знакомой тёплой спине, вдохнула родной запах — дешёвое мыло, свежая выпечка и особая, домашняя теплота.
— Мама Алина… — нежно произнесла она. — Можно, София проведёт выходные у меня?
Анастасия дёрнула плечом, изображая недовольство.
— Опять подлизываешься! Думаешь, я ничего не понимаю? Вы всё от меня скрываете!
— И что же именно? — с улыбкой спросила Оксана.
— София со своим Антоном тайком встречается, а я запрещаю! А ты у себя им свидания устраиваешь!
Оксана рассмеялась и чмокнула её в щёку.
— Ну ты и фантазёрка! Я и не знала, что у неё есть какой-то Антон.
— Конечно-конечно, — фыркнула Анастасия, уже смягчившись. — Врать ты так и не научилась. Никуда она не поедет. Я сама к тебе приеду.
Оксана не выдержала и расхохоталась.
— Ой, мачеха, признайся честно — это тебе мой свёкор приглянулся? Я видела, как вы переглядывались!
— Так заметно? — Анастасия вдруг смутилась, словно девчонка. — А твой Антон что думает?
— Мирон? Он всё понял. И вот что я решила: дом у нас большой. Переезжайте к нам. Все вместе. И ты, и София. Там и разберёмся, кто с кем тайком встречается.
Оксана чувствовала себя по-настоящему счастливой.
Большая, шумная, родная.
Муж, дети, сестра… и мачеха.
И какое же это счастье — суметь через годы сохранить близость, простить обиды, не разойтись в разные стороны.
Самой доброй женщиной на свете.
Несмотря на ссоры, резкие слова и упрёки, сказанные в сердцах.
Она была настоящей матерью.
И слово «мачеха» — слишком маленькое и несправедливое для неё.