Дождь в тот день хлестал без передышки, стирая в серой пелене контуры здания суда. Капли глухо стучали по зонту Владимира Каминского, однако он будто вовсе не ощущал сырости и холода. Лицо его светилось победным самодовольством, а ладонь уверенно лежала на талии Дарины Назаренко. Та, облачённая в дорогое пальто с идеальной укладкой, смотрела на женщину в нескольких шагах от них с откровенной насмешкой.
— Ну что, деревенщина, осталась без наследства? — нарочито громко произнёс Владимир Каминский, чтобы Ирина Дорошенко расслышала его сквозь шум ливня. Он расхохотался — резко, почти по-собачьи. — Вообразила себя хозяйкой завода? Твоё место — у плиты, а не среди директоров.
Дарина Назаренко тут же добавила, поправляя серьгу с бриллиантом:
— Владимир Каминский, не стоит переживать из‑за неё. Она ведь простушка. Ей не понять, что кровь важнее любой бумаги.
Ирина Дорошенко не стала отвечать. Она лишь плотнее запахнула пальто и взглянула на них спокойно — слишком спокойно для проигравшей стороны. В её глазах не читалось ни обиды, ни ярости, только тяжёлая, скрытая мысль.
— Прощайте, — тихо сказала она и направилась к автобусной остановке.
Владимир Каминский проводил её взглядом, ощущая прилив ликования. Суд только что признал завещание Данило Романенко недействительным — то самое, по которому половина акций компании отходила Ирине Дорошенко. Адвокаты Владимира Каминского сработали чётко: им удалось убедить суд, что Данило Романенко в последние месяцы болезни был не в здравом уме и находился под влиянием молодой супруги. Теперь всё переходило к единственному сыну. Завод, недвижимость, банковские счета — без остатка.
— Поехали, — Дарина Назаренко устроилась в его чёрном внедорожнике. — Откроем шампанское? Или сразу в ресторан?
— Сперва к нотариусу за бумагами, — коротко ответил Владимир Каминский. — А потом — куда угодно.
Ирина Дорошенко тем временем села в автобус. Её путь лежал вовсе не «куда угодно». Она направлялась в контору адвоката, о существовании которого знали только она и Данило Романенко.
Их история началась пять лет назад. Владимир Каминский привёз Ирину Дорошенко в город словно редкий трофей. Красивая, тихая девушка из глубинки искренне восхищалась его успехами. Но вскоре роль украшения ему наскучила. Он стал изменять, всё чаще прикладывался к бутылке, пуская деньги Данило Романенко на рискованные и сомнительные проекты. Данило Романенко, опытный и жёсткий предприниматель, сразу проникся симпатией к невестке. Он замечал, как она заботится о нём, когда Владимир Каминский пропадает на вечеринках. Слышал, как она читает ему вслух — зрение старика стремительно ухудшалось. Видел, как она отказывала себе во всём, чтобы купить ему необходимые лекарства.