— Да ну, Роман, ну как так? — растерянно возразила Ганна. — А вдруг у неё и правда совесть проснулась? Может, она просто хочет увидеть меня? Столько лет не встречались — мне ведь было всего семь, когда папа увёз меня к бабушке. Ладно, чего гадать — завтра всё сама узнаю!
Ганна шла по парку и пыталась представить, чем закончится эта встреча. Тогда она ещё не осознавала, насколько прав оказался её муж, намекая, что матери, когда‑то предавшей её, вряд ли понадобилось что‑то кроме выгоды от уже взрослой и устроенной в жизни дочери.
У фонтана, на скамейке, сидела женщина с проседью в волосах — всё ещё привлекательная, но одетая небрежно и явно недорого.
Стоило Ганне приблизиться, как та резко вскочила и громко, так что прохожие обернулись, воскликнула:
— Ганна, доченька! Наконец‑то увиделись!
Оксана бросилась к ней с объятиями, будто не было этих долгих лет разлуки, растянувшихся почти на половину жизни Ганны.
Ганна растерялась: отвечать ли на такой порыв? В итоге она не стала обнимать мать первой, но и отталкивать её не стала.
Оксана снова устроилась на скамейке и жестом пригласила дочь сесть рядом.
— Ну что, дочка! Какая красавица выросла, вся в меня — наша порода сразу видна. На деда похожа. Мы‑то всегда были статные, не то что родня со стороны отца…
— Мама, прошу тебя, — спокойно, но твёрдо перебила её Ганна. — Как бы ни закончился этот разговор, не упоминай папу и его близких в дурном свете. Я обязана им практически всем в своей жизни. Тебе — нет.
Пожалуйста, ни одним словом не задевай самых дорогих мне людей. Договорились?
— Смотри‑ка, как заговорила, умная стала, — хмыкнула Оксана. — Ладно, не буду ни про Ивана, ни про твою бабку вспоминать. Нужны они мне, ещё время на них тратить!
— Зачем ты меня позвала? — прямо спросила Ганна. — По началу разговора чувствую, что долго мы общаться не будем.
— Вот как ты настроена… Ну хорошо, скажу прямо. Я решила, что имею полное моральное право требовать от тебя денег на своё содержание.
Подожди, не перебивай, дай матери договорить!
До твоих тринадцати лет я ночами не спала, работала, тянула нас обеих, всё для тебя делала. Теперь твоя очередь возвращать этот долг.
Сейчас я живу с мужчиной, с Назаром. Его недавно уволили — кто‑то донёс начальству, будто он на смене стоял у станка нетрезвым. А он, может, всего стакан выпил, ну максимум два.
В итоге выгнали ни за что. Я сама работаю продавцом в магазинчике возле дома, но одной тяжело, особенно после того как мы оформили кредиты — и на ремонт, и на телевизор.