— Я, Мария, лучше пустую гречку стану есть, чем какую-нибудь подделку, — обожал он повторять, склоняясь над тарелкой гуляша, где соуса плескалось больше, чем самого мяса.
Моя мясорубка — старая, электрическая, воет так, будто вот-вот взлетит. И это даже удобно: под её гулом не слышно укоров совести.
Сначала в жерло отправился хлеб. Я заранее вымочила его в молоке, щедро, не экономя. Хлеба вышло много — почти половина всей массы. Стыдновато? Чуть-чуть. Зато котлеты будут нежными.
Потом настала очередь сердечек. Плотные, тёмные, недорогие. Если просто бросить их на сковородку — получишь подошву. Но мясорубка всех делает равными. Через неё они превращаются в однородную розовато-красную кашицу.
Чтобы будущая «говядина» не была сухой, я вмешала сало. И не поскупилась. А чтобы перебить характерный запах потрохов — добавила лук. Две огромные луковицы, чеснок, щедрую щепоть чёрного перца.
Фарш вышел воздушным, светло-розовым — почти как телятина. Я месила его руками, потом с размаху бросала в миску. Шлеп. Ещё раз. Чем лучше выбьешь, тем плотнее и упругее будет структура.
— Ты там кого колотишь? — донеслось из комнаты от Виталия.
— Мясо, дорогой! — бодро ответила я.
— Чтобы мягче получилось!
Я формировала котлеты, обсыпала их сухарями. Получались аккуратные, круглые, аппетитные — ещё до жарки выглядели как с картинки. На сковороде зашипело масло. Кухню быстро наполнил густой аромат жареного лука. Этот запах способен обмануть кого угодно: сулит уют, сытость и домашнее тепло, даже если в масле шкворчит то, к чему кошка не притронулась бы.
Виталий появился на кухне в тот момент, когда я переворачивала первую порцию. Он втянул воздух, прикрыл глаза от удовольствия.
— Вот это я понимаю! Не то что магазинная химия. Сразу чувствуется — натуральный продукт.
Подошёл ближе, заглянул через плечо. Я незаметно заслонила спиной мусорное ведро: там лежала компрометирующая упаковка от сердечек и чек.
— Смотри-ка, почти не ужарились, — важно заметил он, указывая на плиту.
— Потому что не накачаны водой.
— Я же говорил тебе, Мария: главное — знать правильные места. На рынке всегда можно взять дешевле, если с продавцами в хороших отношениях. А ты всё жалуешься на цены.
Он снисходительно хлопнул меня по плечу — как учитель, который похвалил ученицу за наконец-то выученный урок.
— Надо просто уметь, — подвёл он итог.
Я стояла, сжимая лопатку, и смотрела на шипящую «подделку». Внутри поднималась волна — куда горячее масла на сковороде.
— Уметь, значит? — я развернулась и встретилась с ним взглядом.
— Конечно. Тут сноровка нужна.
— Хорошо, накрывай на стол. — Он потер ладони. — Сейчас продегустируем твою «Пармскую обитель».
Я выключила огонь. Котлеты лежали горкой на тарелке — румяные, сочные, источающие пар и аромат, от которого текли слюнки. Безупречная имитация. Настоящий кулинарный триумф цинизма за пятьсот гривен.