Я хохотала так, что едва не задела рукой вазу на столе.
— В суд? Из-за ламината? — кое-как произнесла я, размазывая под глазами тушь, которая решила предательски потечь от моего веселья. — Девочки, вы бы для приличия хоть Гражданский кодекс пролистали, прежде чем листы марать. Это дарственная, ау!
Я снова фыркнула и ткнула пальцем в их «документ».
— Давайте уже тогда и квитанцию за освежитель воздуха в санузле приложите. Роман им целых три года дышал, тоже вклад в семейное благополучие. Роман, ты чек на клей для обоев не потерял? Или мама смету по вдохновению сочиняла?
Марина Викторовна налилась багрянцем и уже раскрыла рот, явно собираясь выдать сирену на максимальной громкости, но в этот момент из прихожей раздался звонок. Я, все еще посмеиваясь, пошла к двери.
За ней оказался вовсе не курьер. На площадке стоял Максим — мой приятель, тренер из зала, куда я записалась после развода, чтобы выгонять из себя злость и стресс.
Огромный, под два метра ростом, с руками, похожими на балки, и при этом с такой добродушной улыбкой, будто он не человека мог поднять одной рукой, а котенка с коврика.
— Дарья, ты телефон не берешь. Я протеин занес, как и обещал, — прогудел он своим низким голосом, а потом замолчал, заглянув мне через плечо в комнату. — Ого. А это что за совет директоров? У всех лица такие, словно лимон без сахара прожевали.
— Да вот, — я махнула в сторону гостиной. — Социальная миссия пожаловала. Решили меня раскулачить и квартиру в пользу подрастающего поколения перераспределить. Обещают суды за пару плинтусов и страдальческий ламинат.
Максим вошел внутрь. Пол под его ботинками сорок шестого размера даже не дрогнул, зато Роман как-то жалобно скрипнул. Вся их комиссия моментально потеряла боевой вид и дружно прижалась к дивану.
— А это кто такой? — пискнула Кристина, прячась за плечом матери.
— Выездная служба порядка, — мягко улыбнулся Максим и неторопливо размял пальцы. — Крупный мусор выношу быстро, аккуратно и без доплаты.
Он подошел к Роману, рядом с которым вдруг стал выглядеть не просто большим, а гигантским. Бывший муж на его фоне мгновенно сделался мелким, бледным и почти прозрачным, и Максим без усилия ухватил его за воротник куртки.