Квартиру София приобрела самостоятельно. Без супруга, без родительских «подкидышей» и без банковских займов под грабительские проценты. Она просто пахала до изнеможения: вставала затемно, возвращалась затемно, за пять лет сменила три должности — и в итоге получила двухкомнатную на «Днепре» с кухней в стиле лофт, где каждая деталь напоминала о её труде.
На новоселье собрался весь круг. Подруги явились с вином, начальница вручила ехидный ежедневник «365 дней работы без отпусков», а мама, которая полжизни повторяет, что «женщина без мужика — как тостер без розетки», тоже пришла.
Но вечер оборвался звонком, после которого напиток во рту стал горчить.
— София, привет, — голос Александры звенел, будто стекло. — Мы с Ярослав тут решили, что тебе стоит присмотреть гараж. Машина появится, а ставить её негде. Я как раз объявления смотрела…
София едва не подавилась лососевым бутербродом.
— Ну конечно. Мы с Ярослав. Ты же сама говорила, что будешь на колёсах. А гараж — это вложение. Ты у нас умная, должна понимать.
— Я пока даже автомобиль не выбрала, — медленно произнесла София тоном учительницы начальных классов. — И гараж мне, если честно, сейчас ни к чему.
— Ты всё усложняешь, — с досадой отрезала Александра. — Вечно всё сама… А у нас под окнами один продаётся. Прямо возле моего дома. Я бы и себе взяла, но пенсия у меня не как у ваших «топов»… Тебе бы он идеально подошёл.
Вот оно, подумала София. Началось.
С Ярославом она познакомилась на корпоративной вечеринке. Он трудился в компании-партнёре, был вполне симпатичен, немногословен и мастерски соглашался со всем сказанным. Через год перебрался в её однокомнатную на окраине, ещё через год сделал предложение — с кольцом, как выяснилось позже, купленным в рассрочку. Свадьбу сыграли скромную, с тостами, которые теперь вспоминаются как анекдоты.
— За опору! Чтобы София всегда могла положиться на Ярослава! — выкрикивал один из приятелей, который на следующий день не помнил, куда дел ботинки.
Опора рассыпалась почти сразу после ЗАГСа. Ярослав уволился, занялся «поиском себя», зависал в онлайн-стратегиях и пил кофе с мамой, которая всё чаще звонила Софии «по хозяйственным вопросам».
Спустя полгода после свадьбы они перебрались в новую квартиру. Ключи София носила с собой — скорее символически. Потому что символы были единственным, что осталось у неё от этой семейной идиллии.
Ярослав не работал. Говорил о «нестабильном рынке» и о том, что находится в поиске. В процессе поиска он заказывал еду из «Якитории» и складировал грязную посуду в раковине так, будто там существовал потайной ход к мойщице.
— Тебе ничего не хочется сказать? — однажды спросила София, вернувшись домой и споткнувшись о коробки из-под роллов.
— А что? — искренне удивился он, не отрывая взгляда от монитора. — Я вообще-то по тебе соскучился.
— Я тоже. По себе прежней. До тебя, — тихо ответила она и ушла в душ, словно надеясь смыть усталость и разочарование.
Александра тем временем появлялась всё чаще. Приносила банки с заготовками, замороженные котлеты и неизменные замечания по поводу интерьера.
— Шторы у тебя… странноватые, конечно, — как-то пробормотала она. — Как в стоматологии. Всё серое.
— Это не шторы, а стеклопакеты, — сухо заметила София, наливая себе вина.
— А-а… Вот почему такая тоска.
С тех пор слово «тоска» будто приклеилось к их квартире. Словно София не жила в ней, а временно скрывалась от собственной жизни.
Решающий момент настал в пятницу. София вернулась с работы вымотанная, но с лёгким чувством победы: её повысили — не до небес, но ощутимо. Не откладывая, она отправилась в автосалон. Взяла тест-драйв. Проехалась. Подумала. И оформила покупку.
Автомобиль своей мечты — белоснежный, сияющий, с камерой заднего вида и ароматом свободы в салоне.